Агентство по страхованию вкладов почти два года пытается продать права требования по кредиту, залог по которому давно распилен на металлолом.
Эта история напрямую связана сразу со скандалом в семье бизнесменов, несколькими крупными банкротствами и громким уголовным делом. Залогом по крупному кредиту стали автобусы, некогда обслуживавшие маршруты Вологодского района. Судьба автобусов волнует всех: и кредиторов сразу трёх компаний, и следственные органы, и службу судебных приставов, и нескольких вологжан, оказавшихся на скамье подсудимых.
Дела семейные
В марте 2013 года вологодское ОАО «ПАТП-2» стало поручителем по кредиту на сумму 50 миллионов рублей, который банк «Вологжанин» впоследствии выдал ООО «Межрайавто». Залогом по нему были принадлежавшие ПАТП-2 земельные участки, объекты недвижимости, газопроводы, котельная. В материале одного из дел указано, что кредит был выдан по договору ипотеки.
В апреле 2013 года акционером ОАО «ПАТП-2» стал Артём Кудрявцев – сын бывшего гендиректора компании Леонида Прокопенко. Артём Кудрявцев сумел консолидировать в своих руках самый крупный в истории ОАО пакет акций – 68,9 %. Артём Кудрявцев как акционер присутствовал на собрании, на котором был утверждён договор залога, но не имел права голосовать как родственник владельцев компании, в пользу которой заключалась сделка.
Летом 2014 года предприятие передаёт это имущество по договору отступного в пользу ООО «СпецАвто», принадлежавшему другому сыну Леонида Прокопенко и брату Артёма Кудрявцева Никите Кудрявцеву. Это произошло по итогам заключения договора цессии, по которому «СпецАвто» погасило кредит перед банком «Вологжанин», взамен забрав себе залоговое имущество. Девять принадлежавших ПАТП-2 автобусов проданы также аффилированному с семьёй Леонида Прокопенко ООО «Трансойл».
В 2015 году, почуяв неладное, Артём Кудрявцев начинает добиваться в судах возврата проданного имущества. 2 апреля он подал иск о возврате объектов недвижимости, суд это заявление удовлетворил уже 30 апреля. Затем в апелляционной жалобе он просил оставить за возвращённым имуществом обеспечительные меры, но тут суд на его сторону становиться не стал. В мае 2015 года Артём Кудрявцев подавал иск о возврате ПАТП-2 автобусов. Суд отказался его рассматривать по формальной причине. Также он пытался оспорить в суде договор поручительства и залога, но не смог.
Наконец, в июле 2015 года Артём Кудрявцев начинает предпринимать попытки установить контроль над принадлежащим ему предприятием. Как он впоследствии объяснял корреспонденту «Премьера», без силовой поддержки ему свои права акционера было физически невозможно восстановить: предприятие охраняло ЧОП, нанятое менеджментом, который господин Кудрявцев не имел физической возможности контролировать. По словам Артёма Кудрявцева, его не пускали на предприятие, хотя он как основной акционер имел полное право там бывать, получать информацию о работе компании и так далее. Кроме того, стоял вопрос о проведении собрания акционеров для смены руководства ОАО.
Автобусы Шрёдингера
Как выяснилось впоследствии, в 2014 году ООО «Трансойл» выкупило восемь автобусов ещё у трёх компаний, аффилированных с Леонидом Прокопенко: ООО «Межгород Авто», ООО «Пригород Авто» и ООО «ТрансАвто». Итого их стало 17.
Тут начинается самое интересное. В апреле 2014 года ООО «Трансойл» берёт два кредита у ныне обанкротившегося «Вологдабанка» размером 26 и 7 миллионов рублей под залог аккумулированных в компании автобусов. Для солидности ещё четыре автобуса в качестве залогового имущества предоставила ещё одна компания, связанная с семьёй Леонида Прокопенко – ООО «Вологодское автотранспортное предприятие».
В октябре 2015 года «Вологдабанк» потребовал вернуть кредит в полном объёме. «Трансойл» на него не отреагировал и никаких мер по урегулированию спора в досудебном порядке не предпринял. По состоянию на октябрь 2015 года основной долг по обоим кредитам был равен суммам, выданным «Трансойлу» полутора годами ранее. Выходит, что эти два кредита с самого начала никто не платил!
2 февраля 2016 года Арбитражный суд Вологодской области взыскал с «Трансойла» долг по обоим кредитам, накопившиеся проценты и госпошлину. При этом суд обратил взыскание на 22 автобуса, принадлежащие «Трансойлу», и на шесть автобусов, принадлежащих «Вологодскому автотранспортному предприятию». В их числе были и девять автобусов, ранее принадлежавших ОАО «ПАТП-2». Проще говоря, этими автобусами отныне распоряжался «Вологдабанк», хотя де-юре они оставались в собственности «Трансойла». После этого был выдан исполнительный лист, которым был наложен запрет на регистрационные действия в отношении автобусов. Затем автобусы находились на ответственном хранении на территории ПАТП-2 на улице Чернышевского, 135.
Повышение градуса
В 2017 году Арбитражный суд Вологодской области признал ООО «Трансойл» банкротом по иску коллегии адвокатов «Присяжный поверенный» из Череповца. В январе 2018 года по инвентаризационной описи (до сих пор доступна в Едином реестре сведений о банкротстве) будет признано, что все автобусы, ставшие залогом по кредитному договору, отсутствуют. Бухгалтерская стоимость отсутствующего имущества составила 29,9 миллиона рублей, в соседней графе «Фактическое наличие» напротив каждого из автобусов стоит прочерк.
7 февраля 2017 года стал банкротом «Вологдабанк». Конкурсный управляющий (в случае с банком – это Агентство по страхованию вкладов) обязан принять меры по продаже любых активов, поэтому на торги регулярно выставляются права требования к «Трансойлу» на сумму 47,7 миллиона рублей. Последний аукцион не состоялся 14 октября нынешнего года. Логично предположить, что актив будет выставлен на торги ещё не раз, как того требует законодательство. Сколько продлится банкротство банка, предугадать тяжело, но дело это точно не из самых скоротечных.
2018 год в этом деле стал годом большой путаницы. Если по январской инвентаризации автобусов уже не было, то затем выяснилось, что в один прекрасный сентябрьский день их вывезли на металлолом. Сами они уже самостоятельно передвигаться не могли, многие автобусы были без двигателей и стёкол. Вывозили их на грузовой технике средь бела дня, предъявив охране документы от приставов. Весь вопрос был в том, как это случилось в условиях ареста имущества. Конкурсный управляющий «Трансойла» обратился в полицию, чтобы выяснить судьбу автобусов. По итогам проверки было заведено уголовное дело. Как уже писал «Премьер», по версии следствия, начальник отдела судебных приставов по Вологодскому району и его подчиненный подделали документы, чтобы снять арест на автобусы, а деньги – около 3,2 миллиона рублей – разделили между собой. Сейчас они на скамье подсудимых, но своей вины не признают.
Среди подсудимых оказались и двое мужчин, непосредственно вывозивших автобусы на металлобазу. По информации «Премьера», договоров при вывозе они не заключали, расчёты осуществляли наличными, об аресте, наложенном на имущество, представления не имели. Кроме того, на скамье подсудимых оказался сотрудник металлобазы. Речи о признании вины в их случае также нет.
Наконец, среди подсудимых – двое адвокатов, один из которых в начале следствия представлял интересы одного из мужчин, вывозивших автобусы. Он посещал металлобазу, чтобы выяснить судьбу вывезенных туда автобусов, а некоторые разговоры с коллегами и представителем этой металлобазы следствие интерпретировало как фальсификацию доказательств. Адвокаты также своей вины не признают.
Уголовное дело сейчас активно рассматривает Вологодский городской суд. Вполне вероятно, что уже через несколько месяцев мы узнаем мнение судьи по поводу описанной истории с исчезнувшими автобусами и судьбу обвиняемых. Крайне любопытно будет узнать, как могло быть похищено (по версии следствия) то, что уже отсутствовало (по данным более ранней инвентаризационной описи), и нет ли в деле ещё кого-то, кто мог бы разрешить все сомнения.